Цели и задачи РОСРО
Заседания Совета
Постоянные участники Совета
Рабочие группы РОСРО
СМИ о РОСРО
Мнение эксперта

Новости образования

Томские вузы на протяжении десятков лет не только конкурируют между собой за абитуриентов, но и активно сотрудничают. Именно для укрепления взаимодействия ректоры подписали соглашение о создании консорциума. О целях и задачах консорциума, а также о планах развития томской высшей школы рассказал ректор Национального исследовательского Томского государственного университета, профессор Георгий Майер.
20 декабря 2011
 

Круглый стол  по обсуждению проекта федерального государственного образовательного  стандарта среднего (полного) общего образования.

16 декабря Комиссия по развитию образования Общественной палаты РФ совместно с Российским общественным советом по развитию образования (РОСРО) провела в Высшей школе экономики круглый стол, посвященный проекту нового федерального государственного образовательного стандарта среднего (полного) общего образования.

Этим летом в Общественной палате уже обсуждался проект стандарта предшествующего уровня — основной школы, и ряд замечаний был учтен разработчиками. Впрочем, на том круглом столе не присутствовали ни руководители коллектива разработчиков, ни руководители Минобрнауки. На этот раз в мероприятии приняли участие директор Департамента общего образования Минобрнауки РФ Елена Низиенко и руководитель авторского коллектива, генеральный директор издательства «Просвещение», член-корреспондент Российской академии образования (РАО) Александр Кондаков. «Теперь можно не просто обсудить замечания, но и организовать диалог между теми, кто разрабатывал стандарт, и теми, кто собирается его применять», — заметил председатель Комиссии Общественной палаты (ОП) РФ по развитию образования, ректор ГУ-ВШЭ Ярослав Кузьминов.
Профильная школа, которой нет

Как отметила в начале дискуссии Елена Низиенко, министерству удалось учесть не все замечания Общественной палаты по стандарту основного общего образования. Проблема в том, что стандарт должен в полной мере соответствовать законодательству, и если замечание не вписывается в отведенные рамки, его придется «отсекать» или при подготовке документа в Минобрнауки, или при его регистрации в Минюсте, где детально проверяется именно соответствие действующему законодательству.

По мнению Елены Низиенко, стандарт старшей школы — значительный шаг вперед по сравнению со стандартом основной. В то же время, по некоторым позициям он нуждается в доработке. Во-первых, дети должны приобретать в результате обучения не просто знания, а компетенции; во-вторых, разработчикам стандарта надо учитывать, что не все хотят поступать в вузы, а в старших классах довузовской подготовке уделяется очень большое внимание; и в-третьих, необходимо изменить структуру предметных областей и самих предметов.

Как отметил Ярослав Кузьминов, старшая ступень школы особенно важна для общества — на этом этапе семьи задумываются о карьере детей. При этом в крупных городах до трети старшеклассников не посещают школу, и это не беспризорники, а дети из вполне благополучных семей. Фактически они выбирают для себя экстернат — перестают ходить на предметы, которые для них неактуальны. Таким образом, воспитательное воздействие школы, которого общество так ожидает, сводится на нет. А значит, треть бюджета старшей школы просто «выбрасывается».

Даже введение ЕГЭ не смогло сломать систему, при которой люди имеют неравные возможности для поступления в лучшие вузы. Профильная школа, которую пытались ввести с 2000-го года, должна была заменить подготовительные курсы при вузах. Но реально профильных предметов в учебной программе сейчас не более 10%. Ярослав Кузьминов считает, что и власть, и образовательное сообщество «спасовали» в борьбе за предыдущий вариант стандартов под давлением предметно-методического лобби, настаивавшего на большем количестве часов по своим предметам.

Ключевая компетенция, которую должна давать школа, — умение жить в новой экономике, быть членом гражданского общества. И это, по мнению ректора ГУ-ВШЭ, должно происходить не на уровне лозунгов (как было и остается в курсе обществознания), а на уровне конкретных предметов — основ экономики и права, которые должны быть в каждой школе. Как защищать свои права, как вести себя на рынке труда, что такое инфляция — подобного рода знания дают школы всего мира, но не в России, и это опасно для общества.

Наконец, заключил Ярослав Кузьминов надо увеличить долю предметов, связанных с творческой самореализацией ребенка. Сегодня их лишь 8–10% — в 3 раза меньше, чем в школах развитых стран. При этом творчество детей может быть и социальным, речь идет, к примеру, об организации каких-либо проектов.
Три уровня изучения предметов

Какими должны быть результаты образования? Как заметил в своем выступлении Александр Кондаков, вопрос оказался непростым для разработчиков стандарта. Большую роль в его решении сыграл Институт социологии Российской академии наук (РАН), который провел исследование ожиданий семьи, общества и государства относительно результатов образования, итоги которого легли в основу соответствующего раздела о требованиях в проекте стандарта. Кроме того, в апреле этого года «Единая Россия» собрала ректоров вузов Дальневосточного федерального округа для обсуждения проблем сегодняшних первокурсников. Выяснилось, что ректоры отмечают огромное количество избыточных знаний и недостаток компетенций, необходимых современному студенту. Учитывались и итоги экспериментов Минобрнауки за последние 10 лет, включая профильное обучение.

«Коллеги из РАО оказались несостоятельными в разработке предметных результатов», — заявил Александр Кондаков. По его словам, в мае на круглом столе по этому поводу о научных основах отбора содержания образования даже не говорилось. «Нам часы дали — мы туда напихали все, что могли», — честно поясняли разработчики.

В проекте стандарта предусмотрено три уровня изучения предметов: интегрированный (общеобразовательный), базовый и профильный. Интегрированный уровень ориентирован на формирование общей культуры, мировоззрения, он должен способствовать социализации ученика. На профильном уровне предполагается глубокое освоение знаний и навыков для подготовки к последующему профессиональному образованию. На базовом уровне изучаются предметы «в поддержку» выбранного направления. К примеру, если ребенок собирается поступать в медицинский вуз, он «берет» химию и биологию как профильные предметы, а на базовом — физику как «поддерживающий».

В структуре учебного плана разработчики предлагают ограничиться девятью-десятью предметами. «Мы не можем диктовать распределение часов для образовательного учреждения, — подчеркнул Александр Кондаков, — но оптимально было бы уделять базовому предмету 3 часа в неделю, а профильному — 5. Это будет серьезным ограничителем для предметного лобби». Вполне естественно желание авторов учебников и учителей выделять на профильные предметы максимальное количество часов. По мнению разработчиков, на это есть один ответ: уложитесь в те часы, которые выделены. Возможность преодолеть влияние лобби, как указал Александр Кондаков, очень простое — «принять политическое решение».
Шесть областей и три предмета

В структуре учебного плана для старшей школы будет выделено 6 предметных областей и 3 инвариантных (обязательных) предмета.

Первая предметная область — русский язык и литература, или родной язык и литература. Они будут уравнены, как этого требует Конституция РФ, пояснил Кондаков. На интегрированном уровне можно будет ввести предмет «русская словесность». Вторая область — иностранный язык, причем если в школе два языка, требования к результатам изучения первого и второго должны быть одинаковыми. Третья — математика и информатика: на интегрированном уровне математика «для балерин»; на базовом и профильном — алгебра и начала анализа, геометрия. Четвертая — общественные науки. Они должны включать не обществознание (хотя сегодня госэкзамен по этому предмету — самый популярный), а экономику и право, по ним его тоже следует ввести. ЕГЭ должен соотноситься со стандартом, а не стандарт — с ЕГЭ, подчеркнул докладчик. Пятая предметная область — естествознание: химия, физика, биология и экология. Шестая — курсы по выбору, рассчитанные на развитие творческих способностей.

Школа может вводить и свои курсы, к примеру, политологии, которой в основной образовательной программе нет, или даже «технологию» для подготовки рабочих кадров (соответствующее предложение поступило из Набережных Челнов, где школьников ориентируют на работу на КамАЗе). Таким образом, ребенок сможет выбрать 6–7 предметов — 60% образовательной программы.

Три инвариантных предмета — это основы безопасности жизнедеятельности (ОБЖ), физкультура и курс «Россия в мире». Экспериментальный учебник, посвященный различным аспектам позиционирования России в мировом сообществе, был написан три года назад под редакцией профессоров ГУ-ВШЭ Леонида Полякова и Леонида Ионина и, по словам Александра Кондакова, эффект превзошел все ожидания: «дети начали читать его вперед».

Наконец, вводится еще один новый элемент учебного плана — индивидуальный проект. Он может быть межпредметным или социальным. На него будут выделяться 2 часа в неделю: под руководством тьютора ребенок должен будет показать, может ли он сформулировать гипотезу, цели, спланировать и организовать процесс, достичь сам какого-то результата. Вузы смогут предлагать детям свои проекты и потом учитывать их результаты при отборе абитуриентов.

Отвечая на вопрос о том, не будет ли нагрузка запредельной, Александр Кондаков представил такой расчет: 3 предмета на профильном уровне — 15 часов, 3 на интегрированном или базовом — 24, 3 «инвариантных» предмета — всего 33 часа в неделю. Если берется дополнительный предмет — плюс еще 3 часа.
Где в стандарте слово «интерес»?

В недавнем послании Федеральному Собранию Президент РФ Дмитрий Медведев заявил, что каждая школа должна разработать свою программу развития. Разработчики стандарта уже предусмотрели структуру такой программы — предполагается, что это поможет более четко выстроить процесс управления. Подобная программа может состоять из трех блоков. Первый раздел — целевой (пояснительная записка о планируемом результате и системе оценки); второй — содержательный (программа развития универсальных учебных действий и учебных предметов курсов), и третий, организационный, — учебные планы и условия реализации основной образовательной программы.

Основная образовательная программа образовательного учреждения разрабатывается им самим, таково требование закона, и в этом процессе необходимо максимальное общественно-государственное участие. «Появятся не только заместители директоров по методической работе, но и по разработке программ развития, — заметил исполняющий обязанности проректора ГУ-ВШЭ Исак Фрумин. — Зачем все эти бесконечные бумаги? В стандарте основной школы программ было "всего" 13. Здесь "нежнее" — 6 или 7. Что смогут сделать школы, где у директора один заместитель?»

Отдельный пункт в содержательном разделе — программа духовно-нравственного воспитания и развития личности гражданина России. Как рассказал Александр Кондаков, три года назад по результатам исследования Института социологии РАН, проведенного по заказу Администрации Президента РФ, выяснилось, что 47% населения уверены — «Россия для русских», а среди более терпимых 48% есть те, кто считает — «да, народы равны, но русские — титульная нация». Поэтому школа должна заботиться также о воспитании в детях чувства патриотизма и гражданской солидарности.

Среди участников дискуссии это положение вызвало бурную критику. «Есть риск, что мы скопируем советскую модель — с ее бессмысленным и неэффективным идеологическим воспитанием», — заявил Исак Фрумин. По его словам, есть десятки стран, которые пытаются решить эти проблемы, но не подобными программами, а с помощью вовлечения детей в осмысленную деятельность, чтобы им стало интересно в школе: «Где в стандарте слово "интерес"?»
Школа должна или учредитель должен?

Основная претензия многих участников обсуждения к проекту стандарта — отсутствие механизмов реализации, инструментов оценки обеспечения качества. «Где указаны измерители результатов, представление формальных данных для школы, управляющего совета, директора?» — был один из вопросов ректора Красноярского краевого института повышения квалификации и профессиональной переподготовки работников образования Павла Сергоманова.

Кто несет ответственность за обеспечение условий внедрения стандарта? По мнению ректора Института проблем образовательной политики «Эврика» Александра Адамского, в этом плане важно сместить акцент с учреждения на учредителя: «Везде, где написано "образовательное учреждение должно", — заменить на "учредитель должен"». В противном случае виноватым во всех проблемах материального характера, когда с регионального уровня поступает недостаточно средств на выполнение стандарта, окажется директор. Впрочем, как уточнил Ярослав Кузьминов, сначала это же надо зафиксировать в Гражданском кодексе РФ.

«То, что написано, — это ужас, и все присутствующие здесь знают, что он будет принят», — подытожил ректор Московской высшей школы социальных и экономических наук Анатолий Каспржак. По его словам, это вызывает ассоциации со сталинской конституцией 1936-го года — все вроде правильно, лучше, чем в других государствах, но если предположить, как это может быть реализовано в российской практике, стандарт становится «мраморным телефоном» из сказки про старика Хоттабыча — выглядит как телефон, только не звонит.

Тем не менее, как отмечали другие участники круглого стола, в том числе заместитель научного руководителя ГУ-ВШЭ Лев Любимов, стандарт имеет положительные стороны: образовательные учреждения получают большую свободу в определении образовательных программ, будет сделан шаг к индивидуализации обучения, хотя для этого потребуется и соответствующая подготовка педагогов.

Подводя итоги дискуссии, Ярослав Кузьминов сообщил, что рабочая группа постарается учесть все замечания к проекту стандарта. Вероятно, затем будет проведено еще одно подобное обсуждение.

Мария Салтыкова,  Новостная служба портала ГУ-ВШЭ

 
© РОСРО, 2017
Эл. почта: info@rosro.ru